Путь к диктатуре: Сулла, Помпей, Цезарь, Брут
Древний Рим / Власть диктаторов и императоров / Путь к диктатуре: Сулла, Помпей, Цезарь, Брут
Страница 5

19 января 49 г. до н. э. до Рима дошло известие о переходе Цезаря через реку Рубикон и о занятии им пограничного города Аримина. И тут надо отдать должное его решимости. Хотя он знал, что в Риме царит анархия и противная сторона не готова к борьбе, решиться на столкновение со своими соотечественниками было все же непросто. И он решил сыграть ва-банк: ночью силами одного легиона и 300 всадников перешел реку, не сообщив об этом остальной армии. Тогда он произнес знаменитую фразу: «Жребий брошен!» (Iacta alea est!) Он пообещал войску щедрые награды (солдатам всадническое состояние в 400 тысяч сестерций, всадническое кольцо, офицерам вдвое больше). Со времен Цезаря власть покупают!

Его «корона» была добыта в долгой и изнурительной борьбе с Помпеем и его сторонниками… Помпей (106—48 гг. до н. э.) – сложная фигура, землевладелец и аристократ, прославленный воин и консул. За три месяца очистил Средиземное море от пиратов. В 67 г. до н. э. сенат дал ему на три года чрезвычайные полномочия. Вернувшийся в Рим Помпей оказался в политической изоляции. Сенат боялся блистательного полководца. Замечу, что в основе спора Цезаря с Помпеем лежало не только столкновение личных честолюбий, но и борьба за власть. Можно сказать, что на кону оказалось политическое устройство Рима. Помпей – представитель аристократической республики, тогда как Цезарь олицетворял собой будущую империю. «Оружием Помпея служил авторитет сената, Цезарь же был вооружен признанием и самоотверженностью солдат», – писал историк. Сенат как всегда занимал уклончивую позицию, смотря в сторону того, кто сильнее или больше даст. Что же касается солдат и офицеров, те, получив от Цезаря щедрые подачки, готовы были поддержать его претензии оружием. Плутарх писал, что когда один из военачальников Цезаря, посланный им в Рим, стоя перед зданием сената, услышал, что сенат отказывает Цезарю в продлении срока полномочий, он, положив руку на рукоять меча, воскликнул: «Ну, что ж, тогда вот это даст ему продление». В дальнейшем в Риме развернулась ожесточенная, упорная борьба между членами триумвирата, куда входили Помпей, Красс и Цезарь. Римский полководец Гней Помпей

Римский полководец Гней Помпей

Судьба Помпея представляет для нас интерес прежде всего в том смысле, насколько судьба личности в политике зависит от обстоятельств, в которых он доказывает право на лидерство, а в какой степени эта судьба зависит от личных способностей и талантов, от дара политика убеждать и побеждать. Помпей представлял собой довольно часто встречающуюся фигуру политика, который большее значение придает внешним признакам власти (уважение, почет, должности, награды). Он всегда стремился к этой феерии, к этому празднику власти. В Риме прожженные олигархи-демократы сумели ловко использовать эти его человеческие слабости, осыпая его наградами и почестями. Помпей, стремясь к короне, но будучи по форме демократом, вынужден был выдавать себя за поборника народных прав. Ему казалось, что вполне достаточно прошлой громкой славы, чтобы на волне былой популярности прийти к власти. Однако в политике былые заслуги мало что значат. Там идет каждодневная, ежеминутная, ежесекундная битва, и в ней зачастую нет места компромиссам. Тут никакими волшебными заклинаниями не помочь. Легионер с орлом

Легионер с орлом

Помпей имел на руках все карты – и прежде всего армию. Моммзен заявляет: «Если может считаться счастьем получить корону без труда, то ни одному смертному счастье не улыбалось так, как Помпею; но человеку, лишенному мужества, не поможет и милость богов». Верно сказано. Он не смог объединить даже своих сторонников и перессорился со всеми. За ним была военная слава, влияние среди его солдат, но он медлил и колебался. Как скажет один из его политических противников, характеризуя политическое положение Помпея, он попытался в тиши сохранять свой «вышитый плащ триумфатора», пребывая в молчании и в бездействии. Бездействие же в политике это примерно то же, что и бездействие на поле сражения (и даже еще страшнее и губительнее). Вскоре у Помпея исчезла поддержка даже его ветеранов. Ведь демократы и аристократы, соединившись вместе, провалили предложение аграрного закона, по которому предусматривалось наделение солдат-ветеранов землей. Инициатива стала день за днем переходить к Цезарю. «Люди вдумчивые, без различия взглядов, давно уже поняли, что спор партий может быть разрешен не гражданской борьбой, а только военной силой», – пишет Моммзен. В Риме это вскоре станет правилом.

Помпей покинул Италию, дошел до Брундизия, переправился на восточный берег Адриатического моря. «Какой позор, – восклицал римский историк Флор. – Помпей, глава сената, вершитель мира и войны, бежал из Италии без охраны на разбитом корабле, на котором он еще недавно справлял триумф». Далее по-следует ряд сражений. В одних из них успех был на стороне Цезаря, в других – на стороне помпеянцев. После разгрома легатов Помпея при Илерде (49 г. до н. э.) Цезаря в первый раз провозгласили диктатором. В битве при Диррахии Цезарь потерпел поражение. Солдаты его в панике бежали, оставив войску Помпея 32 знамени. Самого Цезаря тогда едва не убили. Однако Помпей не сумел наилучшим образом распорядиться победой, а предпочел ждать. Цезарь скажет после битвы: «Сегодня победа осталась бы за противниками, если бы у них было кому победить».

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10

Смотрите также

Греция – родина европейской цивилизации
История как особый вид научного знания – или, лучше сказать, творчества – была детищем именно античной цивилизации. Разумеется, и у других древних народов, и, в частности, в соседних с греками стран ...

Положение о службе охраны труда
В организации с численностью 100 и менее работников решение о создании службы охраны труда или введении должности специалиста по охране труда принимается руководителем организации с учетом специфики ...

Солнечная земля Египта
Египет… Этот мир неизменный, удивительный, с историей, наполовину лишь разгаданной, с мудростью, четырьмя тысячелетиями предшествовавшей времени Авраама и Якова. В. Андреевский А более всего я люб ...