Глава V. АНГЛИЯ
Страница 7

Успехи, достигнутые за время двух долгих правлений Этельбальда и Оффы, когда ситуация в Англии постоянно изменялась, снова утвердили остров в качестве признанной в мире силы. Мы знаем, что Оффа величал себя не только «королем англичан» («rex Anglorum»), но и также «королем всей земли англичан» («rex totius Anglorum patriae»). Это выражение «rex Anglorum» справедливо отмечается историками как важная веха в нашей истории. Появился король, который правил большей частью острова, чья торговля имела большое значение и чьи дочери считались достойными супругами для сыновей Карла Великого. Впечатление, которое Оффа производил на соседей, является почти единственным источником наших сведений о нем. Из их летописей становится ясно, что он подавил мелких королей долины Северна, разбил западных саксов в Оксфордшире и покорил Беркшир; обезглавил короля восточной Англии; что был хозяином Лондона, уничтожил монархию, основанную Хенгистом в Кенте, и с крайней суровостью расправился с Кентским восстанием. В дальнейшем свои распоряжения он отдавал уже в Кенте. Он захватил его монетный двор и начертал свое имя на монетах, чеканившихся архиепископом Кентерберийским. Одна их этих монет имеет свою собственную интересную историю. Это золотой динар, хорошая копия арабского, и на нем выбита надпись «rex Offa». В Кентербери арабские буквы считали, по-видимому, простым украшением, и все христиане наверняка были бы шокированы, узнав, что монета провозглашает «Нет Бога, кроме единого, и Магомет пророк его». Оффа установил хорошие отношения с папой римским. Верховный понтифик, обращаясь к нему, называл короля «rex Anglorum». В 787 г. папские послы были с радостью приняты Оффой и получили уверения в его почтении к наместнику престола святого Петра. Эти заявления были дополнены небольшой ежегодной данью папству, часть которой по недоразумению выплачивалась теми самыми монетами, которые провозглашали мусульманский символ веры.

Изучая деятельность Оффы, мы становимся похожими на геологов, которые вместо окаменелости находят только пустоту, несомненно служившую местом пребывания некоего существа необычной силы и размера. Алкуин, один из немногих хронистов того периода, живший при дворе Карла Великого, обращается к Оффе в таких выражениях: «Ты – слава Британии и меч против ее врагов». У нас есть материальный памятник его правления – Огромная преграда, построенная по его приказу между обращенной в христианство саксонской Англией и. еще непокоренными британцами. Произошла смена ролей, и теперь те, кто никогда не изменял старой вере и всегда оставался независимым, упали во мнении своих противников только потому, что жили на бесплодных горных землях, тогда как их удачливые преследователи величественно и даже с достоинством расхаживали по плодородным равнинам. Этот вал, идущий по холмам и долинам, оставляющий бреши для непроходимых лесов, тянется от устья Северна до Мерсея и является доказательством огромной мощи государства, укреплявшегося Оффой. Когда думаешь о том, какой суровой была борьба за жизнь, когда понимаешь, что главной заботой не только семей, но и целых народов была добыча пропитания, достаточного, чтобы свети концы с концами, то факт, что возведение столь протяженного вала явилось прежде всего трудом всей жизни и исполнением воли одного человека, поражает. Он дает нам представление о размерах и силе королевства Оффы. Такие сооружения возможно создавать лишь на фундаменте эффективной политической власти. «Вал Оффы» демонстрирует не только могущество этого человека, но и его политику. Во многих местах он идет по рубежам, выгодным британцам, и историки уже пришли к заключению, что это не столько укрепление, сколько граница, проведенная по соглашению, к взаимной выгоде. Это не вал вроде вала Адриана или Антонина, не рубеж между дикостью и цивилизацией, а скорее материальное выражение торжественного договора, который на длительный срок избавил Оффу от угрозы британского вторжения и, таким образом, обеспечил ему надежный тыл для переговоров с Европой и возможность для соперничества с ней.

Порядок влечет за собой рост искусства и культуры. Англичане принесли с собой, с континента живое варварское искусство и примитивную поэзию. Утвердившись на острове, это искусство подверглось сильному влиянию кельтского духа, особенно проявлявшегося в деталях и оттенках, подавленного римским провинциализмом, но возродившегося снова, как только исчезло римское правление. Христианство дало им новые темы. Как результат, мы можем увидеть такие шедевры, как Линдисфарнские Евангелия и скульптурные кресты в северной Англии. Возник целый мир, изящный и цивилизованный, существовавший в монастырях и дошедший до нас только во фрагментах. Величайшим ученым того времени повсеместно считался Беда. Именно его влиянию мир обязан практике, принятой позднее, – счету лет от рождения Христа. Самым популярным писателем Англии был Олдгельм из Малмсбери, именно его больше всего переписывали в монастырях на континенте. Процветала народная поэзия; в Уэссексе были сделаны первые шаги в искусстве прозы. Еще один западный сакс, Бонифаций из Кредитона, близ Эксетера, стал апостолом Германии. В VTII в. Англия и действительно претендовала на место в авангарде западной культуры. Миниатюра из знаменитого Линдисфарнского Евангелия

Страницы: 2 3 4 5 6 7 8

Смотрите также

Предисловие
Почти двадцать лет назад я заключил соглашения, результатом которых стала эта книга. К началу войны около полумиллиона слов в соответствии с договором уже легли на бумагу. Конечно, предстояла немала ...

Крах и падение Римской Империи
Подобно Катону Цензору Тиберий порицал также возраставшую роскошь знати, содействовавшую развращенности, порокам и изнеженности и вывозившую в Индию и Китай в обмен на шелк и драгоценные камни драго ...

Наука и политика. Война и мир
С тех самых пор, как мои занятия античным миром приняли сознательный и самостоятельный характер, он был для меня не тихим и отвлекающим от современной жизни музеем, а живой частью новейшей культуры; ...