Римское право как «право» победителя
Битвы цивилизаций / Римское право как «право» победителя
Страница 1

Римские магистраты должны были разбирать споры, возникающие из отношений субъектов права, вырабатывать нормы для разрешения этих споров. Старое римское национальное право для этой цели не годилось; необходимо было новое право, которое было бы свободно от всяких местных и национальных особенностей, которое могло бы одинаково удовлетворить римлянина и грека, египтянина и галла. Создавая империю, Рим проникся идеей универсальности: требовалось не национальное право, а право всемирное, универсальное. Римское право впитало реалии и обычаи международного оборота, которые вырабатывались веками у народов, вовлеченных в орбиту его господства. Рим придает им юридическую ясность и прочность. Так возникло то римское право, которое стало затем общим правом всего античного мира. По существу, вклад в него внесли все народы. Рим же переработал и обобщил обычаи международного оборота и слил их в единый кодекс, известный как Corpus Juris Civilis, кодекс Юстиниана. Одним словом, говоря о Риме как о крупнейшей империи

Одним словом, говоря о Риме как о крупнейшей империи древности, как примере и образце «самого цивилизованного строя», этой смеси популизма и диктатуры, надо признать, что в основе права римского народа (ius gentum) – право сильного, куда входят в качестве компонентов войны, захват городов, земель, грабеж, убийства людей и рабство. Цицерон ясно дает понять, какова система законодательства античного мира, Рима, на которой и зиждется право. В основе этой системы – выгода, экономический, корыстный интерес. И достигается эта выгода отнюдь не гуманными или благородными средствами. Говоря о благе и пользе государства, Цицерон указывает, что на самом деле в государстве не справедливость управляет всем, а выгода: «А если человек пожелает следовать справедливости, не будучи при этом сведущ в божественном праве, то он примет законы своего племени, словно они являются истинным правом, законы, которые при всех обстоятельствах придумала не справедливость, а выгода. И в самом деле, почему у всех народов приняты различные и отличающиеся одни от других законы, но каждое племя установило для себя то, что оно признало полезным для себя? Но в какой мере польза расходится со справедливостью, дает понять сам римский народ, который, объявляя войны при посредстве фециалов, нанося обиды законным путем и всегда желая чужого и захватывая его, завладел всем миром (Лактанций). Ведь всякая власть или империй, если я не ошибаюсь, добываются посредством войны и распространяются путем побед. Но война и победы основаны более всего на захвате и разрушении городов. Эти действия неизбежно связаны с оскорблениями богов, таковы же и разрушения городских стен и храмов; им подобно и истребление граждан и жрецов, и с ними вполне сходно разграбление сокровищ священных и мирских. Следовательно, римляне совершили святотатств столько же, сколько у них было трофеев; триумфов по случаю побед над богами они справили столько же, сколько и по случаю побед над народами; добыча их столь велика, сколько до сего времени у них остается изображений плененных ими богов (Тертуллиан).» Из сказанного следует: законы грешного мира созданы так, что своей целью ставят вовсе не критерии справедливости, а цели выгоды, выгоды для государства, которое создало их для себя, для своих элит. Эти законы оправдывают грабительские захваты и войны – и при этом законодатели легко принимают подобные законы.

Как скажет Цицерон: «Что же относится к праву народов, то и должно быть признаваемо цивильным» (Quod autem gentium, idem civile esse debet). Но в этом случае получается, что можно числиться в ряду самых заядлых законников, причислять себя к так называемому цивилизованному миру – и при этом нападать на другие страны, убивать их граждан, разрушать их города, вторгаться в храмы, пленять богов и вообще совершать самые непотребные действия, но при этом уверять: именно это-то и есть подлинная, чистая, как слеза, демократия. Двойная мораль вошла в плоть и кровь западного мира со времен античности, когда законы фактически были производной или составляющей от богатства и силы. А поэтому и старый латинский девиз «Vi et armis!» («Силой и оружием!») плавно и быстро перешел в девиз нового, капиталистического мира: «La raison du plus fort est toujouirs la meilleure!» («Сильнейший всегда прав!») Сила заменила ум и потенцию.

Страницы: 1 2 3 4 5 6

Смотрите также

Карты
Государство хуннских шаньюев Эпоха сяньби и жуаньжуаней Степные царства Эпоха тюркских каганатов Второй тюркский каганат Эпоха уйгурского каганата Кыргызски ...

Политика и культура древнего Ирана
После ассиро-вавилонской монархии, этой золотой головы наиболее чистого и наиболее централизованного деспотизма, выступает мидо-персидская монархия – серебряная грудь и руки, символизирующие менее ...

Наука и политика. Война и мир
С тех самых пор, как мои занятия античным миром приняли сознательный и самостоятельный характер, он был для меня не тихим и отвлекающим от современной жизни музеем, а живой частью новейшей культуры; ...