Римские матроны: достоинства и пороки
Древний Рим / Власть диктаторов и императоров / Римские матроны: достоинства и пороки
Страница 3

Деву уже подвела и вручает, —

«Бери ее! – молвит, —

Стала твоею, Кинир!» – и позорно

тела сопрягает.

Плоть принимает свою

на постыдной постели родитель,

Гонит девический стыд,

уговорами страх умеряет,

Милую, может быть, он называет

по возрасту «дочка»,

Та же «отец» говорит, —

с именами страшнее злодейство!

Полной выходит она от отца;

безбожное семя —

В горькой утробе ее, преступленье

зародышем носит.

Грех грядущая ночь умножает,

его не покончив.

И лишь когда наконец пожелал,

после стольких соитий,

Милую он распознать, и при свете

внесенном увидел

Сразу и грех свой и дочь, разразился

он возгласом муки

И из висящих ножен исторг

блистающий меч свой.

Мирра спаслась; темнота

беспросветная ночи убийство

Предотвратила. И вот, побродив

по широким равнинам,

Пальмы арабов она и Панхаи

поля покидает.

Девять блуждает потом

завершающих круг полнолуний…

Далее девушка умоляет богов отказать ей в жизни и смерти. Боги откликаются на ее просьбу и превращают ее в драгоценное древо, источающее благовонные капли. Мирра навсегда входит в пантеон героев – «и века про нее не забудут». История могла бы быть воспринята как литературный прием, в мифологическом духе, если бы не примеры из жизни самого Августа. Вспомним, что Калигула, по словам Светония, обвинял свою мать Агриппину (дочь Агриппы) в том, что та появилась на свет в результате инцеста Октавиана Августа с его дочерью Юлией. И пусть последняя история является, вероятно, следствием искаженного пересказа чьей-то шутки (прах матери Калигулы ясно указывает на то, что она дочка Марка Агриппы и внучка Божественного Августа), ее появление говорит о многом. Развратные нравы прочно вошли в плоть и кровь Римской империи. Прибежищем порока (ирония судьбы) стал даже дом первого лица государства – самого Августа. Юлия, дочь императора Августа

Юлия, дочь императора Августа

Веллей Патеркул, близкий друг и доверенное лицо Тиберия, писал… Буря, рассказ о которой ввергает в стыд, а воспоминание внушает ужас, разразилась в собственном доме Августа. Дочь Юлия, презрев волю отца и мужа, окунулась в жуткое распутство и разврат, не упустив ничего из того, что (только) может испробовать женщина. Высоту ее положения она измеряла свободой делать всё, что только ей вздумается, и «полагала, что имеет право удовлетворять любые свои прихоти». Сенека, вспоминая о событиях, имевших место в Риме за 50 лет до него, писал: «Божественный Август отправил в ссылку дочь, бесстыдство которой превзошло всякое порицание, и таким образом обнаружил перед всеми позор императорского дома, обнаружил, как целыми толпами допускались любовники, как во время ночных похождений блуждали по всему городу, как во время ежедневных сборищ при Марсиевой статуе его дочери, после того как она, превратившись из прелюбодейки в публичную женщину, с неизвестными любовниками нарушала законы всякого приличия, нравилось избирать местом для своих позорных действий тот самый форум и ростры, с которой отец ее объявлял законы о прелюбодеяниях». Так дочери и сыновья губят то дело, которому служили их родители. Они первыми и ниспровергают законы. Поэтому дети правителей, наследники империй являются самыми опасными их врагами. Похищение женщины богом Зевсом

Похищение женщины богом Зевсом

О похождениях и связях скандального толка дочерей и жен императоров все говорили вслух. Распутничая самым безобразнейшим образом, те являли собой весьма дурной пример, хотя и, увы, заразительный. Тщетно ученые, писатели и поэты пытались наставить такого рода женщин на путь добродетели. Плутарх, не очень надеясь на успех, обращался к его аудитории с отчаянным призывом: «Заводить собственных друзей жена не должна; хватит с нее и друзей мужа».

Увы, то был глас вопиющего в пустыне. Похотливые похождения становились предметом похвал со стороны псевдоэпикурейцев. Красавцы и красавицы часто прогуливались по Аппиевой дороге, этому «Бродвею античного мира» (точнее, они возлежали в носилках или проезжали в своих обитых шелком экипажах). Самые красивые экипажи были запряжены четверкой. Куртизанка или матрона усаживалась в носилках в позах наиболее привлекательных, опираясь рукой на подушку, показывая те из своих прелестей, что, по ее мнению, стоило показать достойной публике. Рядом шли две рабыни, одна с зонтиком, другая с веером из павлиньих перьев. Впереди спешили скороходы индийского или африканского происхождения. Всю процессию замыкали рабы. Эти прогулки были не только приятным зрелищем или способом завлечь «жертву» в сети любви, но и важным социальным действом. Только бывая в обществе, можно было напомнить ему о вашем существовании и нуждах. Любители приключений находили дорогу к местам дурной славы, каков был квартал Суммений, изобиловавший публичными домами. Тут было полно «волчиц», «ночных бабочек», которые «работали» даже на кладбищах. Тут ежедневно разыгрывались сцены подобные Камасутре. Но даже такой моралист, как Катон Старший, «хранитель веры отцов», патриархальных нравов, узрев юношу в публичном доме, заметил:

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8

Смотрите также

Предисловие
Правящих рас, народов с имперским мышлением, не так много. В их числе, рядом с персами, греками и римлянами, можно назвать тюрков. В чем же суть имперского мышления тюрков? Они, как правило, власти ...

Солнечная земля Египта
Египет… Этот мир неизменный, удивительный, с историей, наполовину лишь разгаданной, с мудростью, четырьмя тысячелетиями предшествовавшей времени Авраама и Якова. В. Андреевский А более всего я люб ...

Власть диктаторов и императоров
Одной из интереснейших проблем в истории древнего мира является решение вопроса о том, как и в силу каких причин римское государство, построенное на основах античного народоправства, то есть свободн ...